То есть я уже некоторым образом устал даже думать на эту тему, но иной раз какая-то строчка возьмет да и обожжет (не "отожжет"!). Читаю вот Rolling Stone, раздел кинорецензий в исполнении, как многие считают, лучшего отечественного кинокритика Михаила Трофименкова. Рецензию на "Историю насилия" Кроненберга.
Крепко - то есть эквилибристически привычно, без особых выкрутасов - написанный текст в последней, третьей колонке вдруг взрывается одной фразой... то есть даже не сразу взрывается... глаз-то пробегает мимо, а чуть позже, когда ты прочитал все до конца, взрывом возвращается.
Вот она:
"...самый жестокий, то есть ЖИВОЙ, эпизод связан не со смертью - с сексом".
(выделено мной)
То есть вот в чем для вас жизнь, господа хорошие.
Понятно.
До свидания, журнал Rolling Stone.
Крепко - то есть эквилибристически привычно, без особых выкрутасов - написанный текст в последней, третьей колонке вдруг взрывается одной фразой... то есть даже не сразу взрывается... глаз-то пробегает мимо, а чуть позже, когда ты прочитал все до конца, взрывом возвращается.
Вот она:
"...самый жестокий, то есть ЖИВОЙ, эпизод связан не со смертью - с сексом".
(выделено мной)
То есть вот в чем для вас жизнь, господа хорошие.
Понятно.
До свидания, журнал Rolling Stone.