tyoma: (Default)
[personal profile] tyoma

Утекай", Let It Be, Cantaloop, "Я-солдат", "Перекресток", You Can Leave Your Hat On, Take Five, "Восьмиклассница", "Рюмка водки на столе", "Ой-ей", "Курю"ф — вот как вы думаете, что связывает эти, столь разные и во временном, и в стилистическом отношении, композиции? Не стоит крутить пальцами у висков: несколько вечеров подряд я сам слушал их примерно в таком вот порядке, или несколько от него отличающемся — и это навело меня на кое-какие мысли.

...Отдых "на югах" — традиция, заложенная в нас генетически; даже те, кто родился незадолго до начала перестройки или в ее разгаре, испытывают на себе отголоски этого генотипа. Набережная с огнями, продавцы со всякой ерундистикой (в два-три раза дороже, чем в километре от), учреждения общепита с атомными ценами и плескание в море под звуки отечественной попсы (если что, так называемый шансон — всего лишь частный случай той самой попсы, не более того). Говорят, что и за пределами Родины, куда наши сограждане едут в массовом порядке, среди местных жителей наблюдается адаптация к этому генотипу. Турция и Египет испытали это еще в 90-х, а с тех пор, как Сергей Шнуров озвучивал корпоративы в Куршевеле, пал и цивилизованный Запад. Что поделать, эволюция: хочешь выживать — меняйся. Но я, в сущности, не об этом.

...Маленький оркестрик, играющий на набережной Севастополя, к которой нужно спускаться по лестнице с Приморского бульвара, в канон ложится весьма опосредованно. Пятеро веселых, вполне молодых (максимум — чуть за тридцать) ребят, состав — поющие басист и гитарист, барабанщик, трубач (он же клавишник) и саксофонист, работают каждый Божий вечер. Работают хорошо, на совесть: не киксуют, играют без лажи, изобретательно даже. Шоумен-сборщик мзды раз за разом обходит публику с шапкой, попутно продаются компакт-диски самостоятельного изготовления; отдыхающие охотно бросают в шапку мелочь и бумажные деньги и чуть менее охотно приобретают диски. И теперь — самое главное: репертуар. В первом приближении он вынесен в первый абзац этого поста. На самом деле, конечно, много шире, но факт остается фактом: каждый вечер эти песни соседствуют друг с другом в репертуаре одного состава, и что самое удивительное — ничуть не вызывают внутреннего противоречия.

Когда я это впервые осознал, возникла аналогия: ресторанные бэнды 70-х — 80-х. Там тоже пелось то, что нравилось публике, более того, практиковалась методика "деньги на бочку". Кстати, знаете, откуда пошло это выражение? Выпивший посетитель злачного места, желая оказать респект другу, шефу или возлюбленной, подходил к оркестрику, и, заказывая исполнение конкретной композиции для конкретного адресата, клал фиолетовый четвертной билет — или сколько там надо было класть, не помню уже, — на большой барабан, на "бочку". А за этим ритуалом следовала собственно песня, предваряемая пассажем: "Для нашего уважаемого гостя Андрея Семеновича из солнечного Североморска звучит следующая песня!" (в дальнейшем эту функцию взяли на себя FM-радиостанции, но сейчас не об этом). Но аналогия была отметена: все-таки выступление на набережной не несет на себе функции сопровождения надирания и соблазнения, то есть все же музыкальное искусство здесь очищено от пьянства и разврата. Люди просто стоят и радуются, иногда пританцовывают — так что служебность и функциональность минимальна. То есть если ребята на набережной и конъюнктурщики, то честные: они просто играют то, что нравится публике.
Причем, повторяю, играют не тупо, — "Восьмиклассница" Цоя у них становится неожиданной босса-новой, инструментальный пассаж в "Перекрестке" Чижа переходит в эдакое джазовое tutti, а потом возвращается в блюзовые рамки (вспомним в сотый раз, что песня стырена Сергеем Чиграковым у Джей Джей Кейла и в оригинале называется Sensitive Kind), а ваенговская (!) "Курю" и вовсе исполняется в инструментальном варианте — вокальная партия заменяется солирующим саксофоном, и звучит это куда обаятельнее, чем в оригинале. В общем, "ребята ловят свой кайф" — так писал во время оно, еще в самиздате, АК Троицкий о группе "Аквариум".
Неожиданно ко мне пришла разгадка секрета оркестрика с набережной. Все очень просто: эти песни, независимо от их авторства, очень похожи, потому что с легкостью ложатся все в тот же советский генотип. Лагутенко с его "рокапопсом", Цой, Леннон с Маккартни, Лепс, Ваенга, даже Луи Армстронг, Майлз Дэвис и Херби Хэнкок — кто участвовал в его формировании, кто просто в силу советского детства или юности к нему легко адаптируется. Странно, что на набережной не поют Налича — но, видимо, в нем все же больше самоиронии, чем предполагается генотипом. Та же история, полагаю, и с "Ляписом Трубецким": даже самые разухабистые шлягеры алкопериода Михалка все как один с двойным дном. А его на набережной быть не должно: если Let It Be, то с ностальгической слезой, если на столе рюмка водки, то непременно должна быть выпита, если тишина, то взятая за основу. Ну а если Джо Кокер, то хрипло, и девушки должны постепенно срывать с себя одежду, как в кино (этого пока нет, все-таки набережная, но мало ли).
Так что предлагаю составить собственный список песен, которые в этот генотип не входят — и вы получите музыку завтрашнего дня, свободную от стереотипов и подкорковых ассоциация. Только, пожалуйста, не надо включать в него песни Егора Летова. Оставьте их музыкантам из подземных переходов. Там, кстати, тоже поют "Перекресток", "Восьмиклассницу" и "Ой-ё".
Кстати, есть ли у оркестрика на набережной название, я так и не узнал.

P.S.Этот текст был написан четыре года назад, до больших перемен в Крыму и Севастополе. Однако прошлым летом оркестрик продолжал играть. Дым поднимается вверх, и значит, я прав.

Profile

tyoma: (Default)
tyoma

February 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627 28    

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 01:46 am
Powered by Dreamwidth Studios