tyoma: (Default)

Я никогда не расставался с винилом. Пластинки — да, продавал, уходили и вертушки — но никогда насовсем. Вот и теперь прямоприводный Sansui 1983 года выпуска (правда уже с картриджем от Ortofon) радует меня ничуть не меньше, чем некогда рижская Arija — думаю, больше.

Радует и расширяющееся количество виниловых магазинов. Некоторые из них радуют особенно. Как в детстве, когда библиотекарша пускала порыться на полках самостоятельно, так и сегодня предпочитаю места, где можно часами перебирать картонные квадраты с черными кругами внутри и совершать новые маленькие открытия.
Читать дальше.
tyoma: (Default)

Ему было 14 в 1947-м, когда он впервые стал зарабатывать на жизнь музыкой. Сегодня за его плечами 27 премий «Грэмми» (и 79 не менее почетных номинаций) — больше в истории музыки нет ни у кого. Он стоял у истоков сольной карьеры Майкла Джексона; он практически заставил Майлза Дэвиса сыграть на фестивале в Монтре, он продюсировал фильм «Принц из Беверли-Хиллз», в котором дебютировал как киноактер Уилл Смит; да что там, это он выбрал Опру Уинфри для съемок в «Цветах полей лиловых», картине, которую делал вместе со Стивеном Спилбергом! Да, и самое главное: это он согнал в одну комнату 46 знаменитостей, у которых было полно своих дел и амбиций, чтобы они спели хором песню «We Are The World»…

Read more... )
tyoma: (Default)

Альбомы, где Хорн значится продюсером, четко делятся на две категории: электронно-экспериментальные и откровенно коммерческие, причем в высшей степени. И то, и другое ему удается блистательно – не потому ли именно к нему в руки попали «Тату»?

Read more... )
tyoma: (Default)

В 1982-м эта песня стала для меня проводником в новый, неведомый мир. До этого я совершенно не представлял, что петь можно вот так. На кассете с одной стороны был «Аквариум» — с ними я уже был немного знаком, впрочем, поверхностно; на второй стороне значилось: «Кино». Об этой парочке я тоже слышал, но записи мне пока не попадались. Кассета немедленно отправилась в открытую пасть «Электроники-324», я нажал клавишу и услышал: «Здравствуйте, девочки! Здравствуйте, мальчики!».

Ощущение было невероятное! Два — судя по звучанию — человека, гитары и голос, все. У вокалиста был странный, непривычный голос, мелодия не отличалась оригинальностью, но в сочетании с текстом она создавала ТАКОЕ впечатление


Здравствуйте, девочки,
Здравствуйте, мальчики,
Смотрите на меня в окно

И мне кидайте свои пальчики, да-а
Ведь я
Сажаю алюминиевые огурцы, а-а
На брезентовом поле...

Самое интересное — вопросов у меня не возникало. Я принял воображаемый мир Виктора Цоя безо всяких тех и этих: сомнений в здравом уме автора не было… да никаких не было, если честно! То ли я уже прочитал "взрослого" Хармса к тому моменту, то ли лимерики Эдварда Лира стучали в моем сердце, но высокий градус петербургского абсурда был мною понят и принят безоговорочно.

Три чукотских мудреца
Твердят, твердят мне без конца:
«Металл не принесет плода,
Игра не стоит свеч, а результат — труда»,
Но я
сажаю алюминиевые огурцы, а-а
На брезентовом поле...

 

Прошло совсем немного времени, и все вокруг изменилось снова. Те, кого мы не надеялись увидеть воочию, стали играть концерты — сперва в небольших ДК, а потом и вовсе на стадионах. «Кино» из акустического дуэта начало становиться электрическим — и весьма неплохим — бэндом, а совсем скоро Цоя полюбили девочки, и он окончательно начал становиться поп-звездой. В этом не было ничего плохого — наоборот, я до сих пор считаю, что, если бы не его нелепая смерть, картина постсоветского поп-пространства сегодня была бы несколько иной.
…После смерти Цой стал иконой. Она актуальна по-прежнему: уж не знаю, что там творится на Арбате возле известной стены, но временами мне приходится в подземных переходах наталкиваться на мальчиков и девочек с гитарами. У них у всех одинаковый репертуар, и песни Цоя в нем присутствуют. Вот только «Огурцов» среди этих песен, как правило, нет.
Но есть, есть люди, которые до сих пор готовы вывалить на слушателя наивный цоевский абсурдизм тридцатилетней давности. И среди них — человек, помогавший в записи того, самого первого, наивного шедевра под названием «45», Борис Гребенщиков:
Неожиданно спела «Огурцы» первая леди русского рока Земфира — я не люблю ее творчество, да и манера подачи мне не близка, но тут готов смириться:
А шесть лет назад художественный руководитель и главный дирижер Камерного хора Смольного собора в Санкт-Петербурге, заслуженный артист России В. Беглецов затеял серию концертов «Запрещенные песни». В сопровождении камерного трио в этой программе звучали песни The Beatles, Queen, Pink Floyd… И была среди этих песен та самая:
В позднесоветское время Цоя на концертах стали спрашивать: о чем, дескать, эта песня? Каков ее скрытый смысл? Что символизируют «три чукотских мудреца» и «злое белое колено»? Осенью 1987-го, на концерте в Дубне Виктор ответил: «В этой фразе нет никакого смысла»
Скорее всего, так и есть, и тезис о том, что сажание алюминиевых огурцов на брезентовом поле есть образ проклепывания стройотрядовской брезентовой куртки металлическими «рокерскими» заклепками, придуман позднейшими интерпретаторами.
Вся прелесть этой нехитрой песенки — в полнейшей ее бессмысленности. Скорей уж я готов предположить, что текст ее представлял собой заклинание, с помощью которого, как в хорошем фэнтези, открываются ворота в иную реальность.
Осенью 1982 года в холодной постбрежневской Москве такие ворота передо мной и в самом деле открылись.

 


tyoma: (Default)



Нужна помощь.
Мы оба дружим с Yelena Yakovleva, и Сережа, и я. Ее младшая дочка мечтает познакомиться и дружить с нашей козявкой. И мы все очень ждем этого знакомства.
Да, у Лены рак. И да, очень трудно собрать взрослому человеку. Я знаю.
Лена - человек удивительной профессии, она литературный агент. Это на случай, если вы в поисках агента.
По кругам ада российского здравоохранения Лена уже начала ходить. Сидеть в очередях - за анализами. За кт. За квотами. Квот нет или их не хватает. Она сидит в очередях, опухоль быстро распространяется. Время идет. Фонды не хотят иметь дела, даже тот единственный, что про взрослых.
Счет из немецкой клиники ждем и выложим, как только он придет. Но давайте не будем ждать его и начнем уже поскорее собирать? Ради Лены я отступаю от правила собирать только на неврологических детей. Отступите и вы ради козявки, которая хочет дружить с младшей Лениной козявкой - иначе маме будет не до того, чтобы их знакомить.
Посмотрите на фотографию. Больше у них никого нет. Пожалуйста, пришлите хоть сто рублей, и перепостите. Я вас очень прошу.
Альфа, карта 5486 7320 0004 7803
Сбер карта 63900238 9061975066
Paypal мой kathy.shabutsky@gmail.com (с пометкой "для Елены Яковлевой)

PS. Лена и мой друг тоже. Пожалуйста, давайте поможем ей.
tyoma: (Default)

В конце 1980-х в Лос-Анджелесе существовала группа Blue Shadows, отпочковавшаяся от панк-группы The Blasters; играла она в основном в клубе King King. Через нее прошло много музыкантов, но к началу 90-х состав стабилизировался вокруг вокалиста и гармошечника Лестера Батлера.
Read more... )
tyoma: (Default)


Денис Липатов в составе группы "Зоркий". Концерт  на фестивале "Кинотавр".
tyoma: (Default)

Утекай", Let It Be, Cantaloop, "Я-солдат", "Перекресток", You Can Leave Your Hat On, Take Five, "Восьмиклассница", "Рюмка водки на столе", "Ой-ей", "Курю"ф — вот как вы думаете, что связывает эти, столь разные и во временном, и в стилистическом отношении, композиции? Не стоит крутить пальцами у висков: несколько вечеров подряд я сам слушал их примерно в таком вот порядке, или несколько от него отличающемся — и это навело меня на кое-какие мысли.
Read more... )

P.S.Этот текст был написан четыре года назад, до больших перемен в Крыму и Севастополе. Однако прошлым летом оркестрик продолжал играть. Дым поднимается вверх, и значит, я прав.
tyoma: (Default)

Это только кажется, что прошлое не возвращается. Временами оттуда приходят весточки, которые похожи на нити: потянешь за нее, и вылезает целая история, да еще и с продолжением. Такой весточкой-нитью для меня стали три клипа, выложенные на YouTube канадцем Питер Вронски. Это были клипы групп «Звуки Му», «Аукцыон» и «Телевизор». Казалось бы, ничего особенного – но дело все в том, что я неплохо помню то время и вся видеография, кажется, мною, была изучена досконально. Однако именно этих клипов я точно никогда не видел…

Из интернет-источников выяснилось: Питер Вронски – практикующий ученый-историк, журналист и режиссер-документалист, снял некоторое количество документальных фильмов, в том числе получасовой фильм Russian Rock Underground (1988), откуда, собственно, и взялись три вышеупомянутых клипа. Помимо этого, на счету Вронски документальные фильмы Mondo Moscow (1991), посвященный последнему году Советской власти, «Охота за «красной ртутью» (1992), а также ряд исторических исследований (связанных с историей ордена тамплиеров, личности предполагаемого убийцы президента Кеннеди Ли Освальда и историей серийных убийц Америки), изданных в качестве монографий. В конце 70-х Вронски снял также полнометражный художественный фильм «Дурная компания».

Интервью и другие видео Питера Вронски )



PS. Фильмы Питера Вронского о русском роке и канадском панке выложены в его аккаунте на YouTube. На сайте Питера можно ознакомиться также с его историческими исследованиями.

Впервые опубликовано на сайте F5.RU в 2010 году.

tyoma: (Default)

В истории джаза есть имена, неразрывно связанные с этой музыкой - при том, что ни один из носящих эти имена ни разу в жизни не сыграл ни единой ноты ни на одной из знаменитых джазовых записей. И среди этих имен имя Руди Ван Гельдера сияет неугасимой звездой, и будет сиять, пока на свете останется хотя бы один поклонник джаза, пока не умолкнут все звуковоспроизводящие устройства. Именно он несет ответственность за ряд альбомов, которые иначе как ключевыми, назвать просто нельзя - Blue Train Джона Колтрейна, Jango от Modern Jazz Quartet, Saxophone Colossus Сонни Роллинза, Mingus At The Bohemia Чарлза Мингуса... Более того, это именно Ван Гельдер отвечает за создание того, что впоследствии было названо «звуком лейбла Blue Note».
Сорок восемь лет назад он впервые включил тумблеры самодельного пульта в студии, построенной в доме родителей Ван Гельдера в Хакензэке, штат Нью-Джерси - и с того момента его карьера звукорежиссера ни на один день не прерывалась. Тогда Руди занимался звукозаписью только в свободное время, по вечерам и в выходные - днем он рабогтал оптометристом, подбирая своим согражданам очки (Ван Гельдер и сам их носит вот уже много лет). Но началось все задолго до того - когда, прочитав рекламу на задней обложке комикса, он с благословения родителей отправил почтовым переводом два доллара девяносто восемь центов и получил взамен «научную игрушку» под названием Home Recordo.

Read more... )

ДЕСЯТЬ ГЛАВНЫХ ПЛАСТИНОК, ЗАПИСАННЫХ РУДИ ВАН ГЕЛЬДЕРОМ В 50-Е
1.Julian «Cannonball» Adderley - Somethin” Else (Blue Note, 1958)
2.Johnny Griffin - A Blowing Session (Blue Note, 1957)
3.Sonny Rollins - Saxophone Colossus (Prestige, 1956)
4.Phil Woods - Pot Pie (Prestige, 1955)
5.Thelonious Monk - Thelonious Monk With Sonny Rollins (Prestige, 1954)
6.Charles Mingus - Mingus At The Bohemia (Debut, 1955)
7.John Coltrane - Blue Train (Blue Note, 1957)
8.Miles Davis - Steamin” (Prestige, 1956)
9.Kenny Burrell - Introducing Kenny Burrell (Blue Note, 1956)
10.Coleman Hawkins - Soul (Prestige, 1958)

Первая публикация - журнал Stereo&Video, №№9-10, 2011
tyoma: (Default)
В связи с выходом нового альбома решил вспомнить свой старый текст для F5 o "Сигнале из космоса"


Я уже давно не слушаю русскоязычную музыку. От всей русской музыки в моем загашнике осталось восемь-десять имен, и публике как минимум пять из них не скажет ничего; список этот не расширяется вот уже десятилетиями. Однако и на старуху бывает проруха. Так вышло и сейчас: с сентября я прослушал уже два (с половиной) альбома, записанных и спетых на русском языке, и все они мне понравились. Ну, с половиной я и так все понимал заранее, но о ней и о первом альбоме — чуть позже. Теперь — про второй, записанный Александром Васильевым и группой «Сплин». Он называется «Сигнал из космоса».
К этой группе у меня сложное отношение. Когда они только что выбрались на большую сцену, песни вроде «Рыбы без трусов» вызывали симпатии, но не более. К 1998-му они стали группой номер раз-два в русском роке (перемещаться то вверх, то вниз «Сплин» заставлял «Мумий Тролль»), ну а концерт 1998 года в «Горбушке» вызвал массу негативных эмоций; в особенности возмутил меня, помнится, васильевский пассаж «Бог устал нас любить». Кто ты такой, думал я, чтобы вот так вот запросто говорить от Его имени такие глупости?! И разогрев The Rolling Stones в этом контексте выглядел просто абсурдом, нелепицей, чушью.

Потом настал 1999-й. Вышел альбом «Альтависта». Мне тогда ужасно хотелось, чтобы русский рок повернул в правильную сторону. Казалось странным, что он застыл в какой-то идиотской позе, находясь ни там, ни здесь, нелепо рифмуя и коряво выпиливая неверно понятый и оттого омерзительный блюзовый квадрат. Да, уже был «Мумий Тролль», уже вовсю хрипло матерился Шнур, уже взрывала мозги Земфира, но и тогда, и сегодня они не казались и не кажутся надеждой хотя бы на что-то.
А вот «Альтависта» — казалась. Словно бы Саша Васильев наконец прорвал эту полиэтиленовой толщины плеву, которая отделяла и поныне отделяет русский рок от музыки, словно он позволил своей голове вскружиться, словно наконец-то записан нормальный русский психоделический альбом. Так оно, по сути, и было, но я не ожидал — да и никто не ожидал, наверное, — что реакция фанатов «Сплина», которые хором орали на концертах про «Орбит без сахара», будет такой жесткой.
Они не приняли «Альтависту». Они физиологически не могли перенести отсутствие в песне отчетливого куплета и отчетливого же припева. Им, как футбольным фанатам, нужны были кричалки, хотелки, перделки — они их и просили. Не вина Васильева в том, что он тогда как будто испугался — и сделал шаг назад.
Впрочем, я воспринял это как предательство самого себя и забыл об этой группе. Мне попадались отдельные песни, в том числе и милые, и забавные, всегда талантливые. «Мое сердце», «Новые люди», что там еще было? — все клево, но все сделано в рамках, в формате. Слава Богу, не в том, который устанавливают радиоведущие, — свой формат Васильев придумал сам. В «Прочь из моей головы» уже слышалось робкое «куда бы?», но ответа на этот вопрос не было.

Read more... )

tyoma: (Default)

22 сентября на сцене Культурного центра “Дом” выступят не просто звёзды, а музыканты, давно считающиеся легендами – причём не только свободного джаза и авангардной джазовой импровизации, но и world music. Такое, казалось бы, “совмещение несовместимого” в одном концерте, на самом деле как нельзя лучше отвечает курёхинскому духу, витающему над Культурным центром “Дом” все 15 лет с момента его основания.

Фамуду Дон Мойе (Famoudu Don Moye, США – Франция)
Несмотря на то, что уже с конца 60-х годов Фамуду Дон Мойе играл со многими выдающимися фриджазовыми музыкантами, в числе которых были Стив Лейси, Сонни Шеррок и Фароа Сандерс, широкой публике он стал известен прежде всего как бессменный барабанщик одного из важнейших составов в истории мирового джаза – легендарного Art Ensemble of Chicago. К концу 60-х квартет, состоявший из Лестера Боуи, Роскоу Митчелла, Джозефа Джармэна и Малачи Фэйворса, играл и записал несколько пластинок вообще без штатного барабанщика; по просьбе Митчелла Мойе присоединился к коллективу в 1970 году. Полистилистичность игровой манеры Дона, в которой традиционные грув и свинг сочетались с виртуозной игрой на африканских и карибских перкуссионных инструментах, а также тягой к свободной импровизации, как нельзя лучше подошла ансамблю, который Мойе больше не покидал до самого его распада в середине 2000-х. За эти годы Мойе записал с Art Ensemble of Chicago более 30 пластинок, снискав вместе с коллективом всемирную славу.

Помимо Art Ensemble of Chicago, в 80-х годах Мойе играл в “звёздном” секстете The Leaders вместе с Лестером Боуи, Чико Фримэном, Сесилем МакБи, Кирком Лайтси и Артуром Блитом. Записывался он и со своими собственными составами, такими как Don Moye Magic Triangle Band с Джозефом Джармэном и Sun Percussion Summit, участники которого исследовали традиции афроамериканской перкуссионной музыки; присущая Дону с молодости тяга к последней логичным образом привела его к сотрудничеству с африканскими музыкантами. Именно в дуэте с африканской звездой – всемирно известным Бабой Сиссоко – Фамуду Дон Мойе и выступит на сцене “Дома”.

Баба Сиссоко (Baba Sissoko, Мали – Италия)
Баба Сиссоко, постоянно проживающий в Италии уроженец Мали, – музыкант-мультиинструменталист, виртуозно владеющий множеством различных перкуссионных инструментов, тама, нгони, балафоном и многими другими. Происходит он из семьи гриотов – представителей отдельной социальной касты профессиональных певцов, музыкантов и сказочников у народов Западной Африки. Сиссоко начал играть на тама (“говорящем” барабане) в юном возрасте, помогая своему деду в различных музыкальных действах. В 1991 году он основал группу Taman Kan, а в 1993 году совместно с прославленным гитаристом из Мали Хабибом Куате – группу Bamada. Способность Бабы Сиссоко играть на огромном количестве музыкальных инструментов, а также его страсть к соединению малийских корневых мелодий и ритмов с другими музыкальными традициями (в первую очередь, европейским джазом и блюзом, а также латиноамериканской музыкой), привела к тому, что за свою продолжительную карьеру он успел переиграть с множеством мировых звёзд, в числе которых Фамуду Дон Мойе и Art Ensemble of Chicago, Ибрагим Феррер и Buena Vista Social Club, Ди Ди Бриджуотер, Омар Соса, Роберто Фонсека и бельгийское авант-джазовое трио Aka Moon. Баба Сиссоко является лидером различных музыкальных коллективов – African Griot Groove; Baba Sissoko & Mali Tamani Revolution; Baba Sissoko & Taman Kan; Baba Sissoko Black Rock.

Катрин Жонио (Catherine Jauniaux, Бельгия – Франция)
При упоминании имени бельгийской вокалистки Катрин Жонио у большинства любителей авангардных направлений рок- и поп-музыки конца 70-х – 90-х годов по коже бегут мурашки, а в головах сам собой начинает кружиться вихрь из мелодий с альбомов европейских последователей течения Rock In Opposition. Прежде всего – бельгийской группы Aksak Maboul во главе с Марком Холландером, а также коллектива The Hat Shoes, в котором наряду с Катрин играли абсолютные звёзды мирового авант-рока 80-х и 90-х – её ныне покойный муж виолончелист Том Кора (истинный корифей нью-йоркской downtown-сцены), английский мультиинструменталист Билл Джилонис (The Work) и несравненный барабанщик Чарльз Хэйуорд (This Heat и Massacre с Фредом Фритом и Билом Ласвеллом).
К этому вихрю, конечно же, добавятся вокальные экзерсисы Катрин на единственном её сольном диске Fluvial, созданном ею в тесном сотрудничестве с композитором и мультиинструменталистом Тимом Ходжкинсоном, одним из отцов-основателей движения Rock In Opposition. А на нет он сойдёт под звуки волшебной композиции Naiwabi, спетой Жонио в составе андеграундного коллектива The Lowest Note of Organ.
То, как Катрин использует весь богатый арсенал своего голоса, поражает: её стилистический диапазон простирается от заигрывания с французским шансоном и стилизации под исполняемую с придыханием фолк-музыку до глоссолалий в дадаистском духе и авангардной голосовой импровизации. Её исполнение сочетает чувственность, экспрессионизм, изобретательность, и часто наполнено почти сюрреалистическим чувством юмора. Во время выступлений Жонио периодически декламирует литературные фрагменты, иногда зачитывая их прямо из книг.
Другие проекты Жонио стали результатами её сотрудничества с несколькими культовыми фигурами нью-йоркской музыкальной даунтаун-сцены (Катрин жила в Нью-Йорке в первой половине 90-х). Там она работала с Икуэ Мори, Марком Рибо, Фредом Фритом, Томом Корой, Зиной Паркинс, Недом Ротенбергом (именно в дуэте с Ротенбергом Катрин выступала в Москве в свой последний приезд в 2006 году), а позже, после переезда на юг Франции, – с многими известными европейскими импровизаторами, такими как Барр Филлипс, Малколм Голдштейн, Марк Демеро, Ксавье Шарль, Жан-Себастьен Марьяж и другими. Именно в компании с кларнетистом Ксавье Шарлем и гитаристом Жаном-Себастьеном Маряжем Катрин и выступит в КЦ “Дом”.

Пропустить - преступно.


Don Moye (Art Ensemble of Chicago) / Baba Sissoko duo "Bamako Chicago Express" + Catherine Jauniaux TrioFamoudou Don Moye (Art Ensemble of Chicago) / Baba Sissoko duo "Bamako Chicago Express" + Catherine Jauniaux Trio
tyoma: (Default)
Это что ж я такого сделал, что меня забанили в сообществе pokupaemprodaem?
tyoma: (Default)
Вообще говоря, этот текст полностью никогда не выходил в свет.
Он был написан в два присеста летом 2009 года в связи с первым появлением главного рок-н-ролльного фильма в Интернете, вывешен в качестве двух постов на прекрасном, ныне покойном ресурсе F5 и благополучно отмотался по ленте времени в прошлое.
Однако в связи с грядущим Beat Film Festival (на котором он показан не будет) я решил вспомнить эту историю. Реставрация исходной версии текста длилась три дня; so welcome please, motherfuckers!

Как уже неоднократно было сказано, в том числе, увы, и мною, The Rolling Stones — величайшая на планете рок-группа: как по совокупности заслуг, так и по степени активности. Скажем честно: когда в наличии есть Кит Джаггер и Мик Ричардс… то о каких Sex Pistols может идти речь? Понятно, что в истории коллектива с такой биографией документирована буквально по секундам — как в звуках, так и в изображениях, в том числе — движущихся. Однако в довольно обширной фильмографии коллектива есть одна картина с не очень приличным названием, о которой после первого просмотра сам Мик Джеггер сказал: «Если это увидят в Штатах, нам туда больше не ездить». Фильм, который никогда не был показан официально, не выходил ни на одном носителе и лишь 19 августа 2009 года впервые полностью был выложен в Сеть.
Далее по тексту )
tyoma: (Default)
умпа-лумпы пришли к вилли вонке
отпусти говорят до дому
надоело делать конфеты
и купаться только в сиропе
мы хотим ходить на охоту
оглашая воем округу
танцевать у костра ночами
и пугаться совиных криков
надоел нам мир карамельный
потолок достал шоколадный
отпусти ты нас ради вонки
сколько можно все же мы люди
посмотрел на них вилли вонка
и отправил обратно в джунгли
и закрыл свой завод конфетный
и в запой ушел на два года
а когда пришел из запоя
изможденный худой небритый
увидал у ворот завода
поселение умпа-лумпов
те к нему говорят касатик
не губи ты нас идиотов
мы отвыкли жить по другому
нас на четверть меньше чем было
половину съели пантеры
треть мартышки дубьем забили
кто-то утонул в амазонке
остальных сожрали соседи
открывай завод свой скорее
мы починим быстро машины
и вернем назад твою славу
и рот фронт побьем мы, и милку
не ответил им вилли вонка
сел в такси и быстро уехал
и бежали вслед умпа-лумпы
но довольно быстро отстали
а назавтра пришли в селенье
иммиграционные службы
запихали всех умпа-лумпов
в грузовик-воронок зеленый
и отправили их обратно
на брега родной амазонки

Profile

tyoma: (Default)
tyoma

February 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627 28    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 08:49 am
Powered by Dreamwidth Studios